ЮАР. Royal Natal & Rugged Glen

19 ноября мы поехали смотреть один из самых известных парков Дракенсберга, Роял Натал.Это амфитеатр длиной пять километров, где находится второй по высоте водопад в мире. Поскольку в момент нашего визита для водопада был уже не сезон (весенние паводки закончились), мы решили вернуться сюда еще раз, чтобы посмотреть своими глазами на вот эту красоту (фото из Википедии):

А пока мы просто пошли погулять по тропинкам и искупаться в водопадах. поменьше.

Где-то здесь, наверху, исток реки Оранжевой, которая бежит отсюда на Запад две с лишним тысячи километров, чтобы впасть в Атлантический океан.

Объявление на воротах парках. Размножить и развесить везде!

Перед выходом на прогулку надо заполнять формуляры: кто, сколько, цвет одежды, рюкзаков, номер машины, телефон, предполагаемое время возвращения. Каждый турист у них на счету!

Сначала проехали до речки Тугела, эта та, что большой водопад,  но снизу водопад не видно, а идти четыре часа было как-то жарковато, но отметили для себя неплохую гостиницу чуть выше в горах, где можно остановиться в следующий раз, когда воды будет больше.

По дороге встречались тела туристов.

Тропа у ручья, в тени и прохладе.

Тропа в папортниках.

И потом серия небольших водопадов с заводями и натуральными джакузи, где можно купаться-наслаждаться – устраивать пикник.

У них тут даже древовидные папортники растут, моя мечта!

Тут останки наскальной живописи.

Ну и бонусом мне навстречу вышла красивая нежная животная, улыбалась.

Защитники животных меня точно прибьют

И я бы тоже себя прибила сама уже на на стадии вот этого котика.

Но иногда имеет смысл выслушать и противоположную сторону, даже если внутри не согласен.

На ранчо, где мы жили, хозяин – охотник. И в тоже время заводчик и разводчик. Большинство трофеев, которые на фото – это животные, умершие своей смертью или же поврежденные в силу естественных причин до такой степени, что лечению не подлежали.

Олени и лоси – добыты в Европе и Канаде. У нас они подлежат охоте в сезон, без естественных хищников их популяция становится неконтролируемой (волков-то у нас сто лет как нет).

Жирафик местный, хозяин ранчо начал с покупки трех жирафов, сейчас их уже 25. Этот малыш сломал ногу, началась инфекция, когда его нашли - вылечить было уже невозможно.

Ну и про буйволов – отдельная история. В результате неконтролируемого отстрела самых мощных и красивых самцов популяция деградировала и теперь заводчики пытаются восстановить видовые признаки путем искусственного отбора, оставляя для репроизводства самых лучших представителей породы. 

В общем, там работы на много поколений. И вы знаете что? Китайцы, которые уже почти истребили носорогов за их якобы рог, который якобы повышает потенцию, теперь взялись за жирафов. Типо их рожки – афродизиак. Как если бы в природе не существовало общедоступной Виагры. Тьфу на них.

Похудеть к Рождеству

Первыми запали щеки (они всегда так делают). Щеки смотрят на меня из зеркала и говорят: “Ты – фашист! Ты делаешь нам Освенцим!” Это давно известная мне реакция организма, который пытается меня разжалобить и заставить вернуть первые два потерянных килограмма. Организм как бы говорит “Умираю, как тебе не стыдно”.

Живот сказал, что будет со мной всегда. Все остальные – предатели, а он станется. У нас с ним дружба и почти любовь. Ну это он так думает, я против.

Бедра и ноги затаили дыхание. Надеются на лучшее, оказывают пассивное сопротивление. Мажу их кремом два раза в день.

Еще пять кило впереди, вот что делает с людьми трехразовое питание.

ЮАР. Kwaggashoek Game Ranch - 2

Есть в жизни такие вещи, которые отставляю внутри тебя следы. Мелодия, запах, случайная фраза, поворот дороги, след от крыла птицы в облаках (кто это видел?), парус на горизонте, луч солнца перед рассветом (он зеленый), крик выпи (кто это?), шорох снега, звук тишины (который хлопок одной ладонью), книжки, прочитанные в детстве (а потом их перечитываешь и думаешь ачтоэтобыло) но не важно. Важно другое – след, рана, шрам, то, к чему возвращаешься мысленно, что тревожит всегда, что можно вертеть в уме так и эдак, и даже пересматривать не обязательно, как не обязательно переживать свою жизнь заново. Эти вещи не сами по себе, не изолированы, они – смесь обстоятельств, настроения, контекста, эмоций, потом на них клеишь этикетки: “радость”, “грусть”, “печальмоясветла”, подписываешь цитатами “отцвели уж давно”, “белеет парус одинокий”, “лучше(ий) (г)кор(м) может быть только Шеба быть только горы”, раскладываешь по ящичками, потом через годы открываешь, смотришь, вспоминаешь как это было, с кем было, зачем было и когда.

В общем, все индивидуально. И только “Оду к радости” играют на всех площадях (а вторую сонату Шопена – на всех похоронах).

Прогулка 18-го ноября в драконовых горах будет у меня и тем и другим. Счастье и печаль, восторг и нежность, восхищение и усталость, солнце, ветер, желание, цвет, свет, далекое и близкое – все собрано, разложено между страниц, укутано ваткой, навсегда.