Не знаю, кого как, а меня до сих пор изумляет возможность ранним утречком поковыряться в саду, затем прыгнуть в машину, доехать до аэропорта, к обеду быть в Париже, бросить чемодан в номере "Хилтона" в Ла Дефансе, в три часа пополудни встать в вечную очередь у российского консульства, а в семь вечера, после небольшой прогулки по Елисейским полям, отправиться на ужин в Лидо, чтобы закончить день в баре у Георга V. Мне, как человеку, родившемуся и выросшему в провинциальном российском городке в ста восьмидесяти километрах к югу от Москвы, и у которого буквально в генах заложена мысль, что для преодоления этих ста восьмидесяти километров нужно минимум 5 часов на развалюшке-автобусе, который, пованивая гарью и бензином, трясется по разбитой дороге (носящей, впрочем, гордое имя Симферопольского шоссе), останавливаясь у каждого столба, так вот, мне каждый раз кажется чудом, что нынче расстояния практически не существуют, и если французам в очередной раз не придет в голову мысль устроить забастовку, то до любой точки на земном шарике можно добраться за день.
Парижскую программу удалось выполнить на сто с лишним процентов. Самолет из Тулузы улетел пратически вовремя, женщина-таксист с ветерком довезла нас из Орли до Ла Дефанса, мы с мужем загрузились в номер гостиницы, наскоро перекусили, и я отправилась в направлении бульвара Ланн, где находится российское посольство, а Винсент - на свои деловые встречи.
На сайте посольства было написано, что граждане, имеющие постоянную регистрацию в Париже, обслуживается с понедельника по четверг от трех до половины шестого вечера. Не знаю почему, но я была на месте без пяти три. Конечно же, металлическая решетка была закрыта, перед ней стояла плотная толпа компатриотов, накрапывал дождик, а доступ к небольшому навесу, под которым теоретически можно спрятаться, был нам заказан по соображениям национальной безопасности. Поэтому все дружно мокли и поглядывали на часы. Утешало только то, что редкие французы, оказавшиеся в очереди, тоже мокли вместе со всеми остальными, и это создавало приятное ощущение равенства для всех.
Я пристроилась под зонтик к русско-арабской паре - молодой девушке-блондинке в кожаном пиджачке цвета фуксии и ее мужу, который все время трогательно держал жену за руку. В три часа начали запускать. Чтобы попасть внутрь консульства, нужно пройти контроль, как в аэропорту. Только в аэропорту на входе в зону отлета не заставляют выключать мобильники и не проверяют содержимое всех без исключения сумок. С одной стороны я прекрасно понимаю, что мания безопасности распространилась повсюду, но, с другой стороны, основной вопрос заключается в организации процесса. На входе в собор Св. Петра в Ватикане тоже проверяют сумки, но там как-то умудряются пропускать дикие толпы народа за считанные минуты, не заставляя людей чувствовать себя жалкими просителями и потенциальными террористами.
Преодолев первое препятствие и оказавшись внутри консульства я была поражена до глубины души двумя вещами: женщиной в милицейской форме, которая что-то рассказывала в телевизоре, и тем фактом, что со времени моего последнего визита в консульство там ничего не изменилось, только стало много грязнее и старее. Захотелось даже попросить встречи с консулом и предложить ему финансовое воспомоществование на ремонт помещения и подключение к кабельному каналу MTV. В окошко номер 3, где обменивают загранпаспорта, уже стояла очередь из четырех человек, плюс все время подходили люди, забирающие готовые документы вне очереди. Мы стояли плотно, дыша друг другу в затылок и культивируя чувство локтя. Надо сказать, что последний раз я стояла в очереди пять с лишним лет назад. И произошло это событие здесь же, в парижском консульстве. Во Франции все мои столкновения с администрацией случаются либо по почте, либо по телефону и через интернет. И даже когда я оформляла документы на французское гражданство и за ними приходилось ходить ногами, в очереди я не стояла. Я в ней сидела. Что, согласитесь, гораздо приятнее.
Справедливости ради нужно сказать, что отношение к зарегестрированным гражданам радикально отличается от отношения ко всем остальным. На нас не кричат. Это очень-очень приятно. Я до сих пор с дрожью впоминаю, как я меняла паспорт в общем потоке и как дама в перманентных кудряшках орала на молоденького мальчика, студента Сорбонны, когда он по инерции ответил ей "Oui" вместо "Да". Суть ее гневного монолога заключалась в том, что парижское консульство - это территория российского государства, и что ВСЕ без исключения российские граждане, находящиеся на означенной территории, ОБЯЗАНЫ говорить исключительно по-русски, и т.д. и т.п. Она была абсолютно искренна в своем гневе. Мальчик-студент краснел, бледнел, пытался оправдаться тем, что он во Франции постоянно говорит по-французски и это несчастное "Oui" у него вырвалось автоматически, а я мысленно благодарила бога за то, что уже стала законной француженкой, и, случись что, могу больше в Россию ни ногой.
Пока очередь за паспортами бойко продвигалась, в соседних с нами очередях (за услугами нотариата) происходили маленькие личные катастрофы. Я стояла и вспоминала все эти просительно-униженные интонации голоса, которыми я в свое время тоже неплохо владела, обороты типа "Ну вы же понимаете, мы приехали издалека, если мне придется еще раз приезжать... а я же работаю, мне сложно, плюс поездка.. у нас маленькие дети..." И непреклонность администрации, которая стоит на страже и блюдет букву закона, пусть эта буква даже датируется тридцатыми годами прошлого века, когда закон был надчеловеческим и бесчеловечным.
Я недавно прочитала в блоге одной студентки ENA шутливое предложение услуг по проведению развернутой PR-кампании в целях улучшению имиджа России за рубежом. Мне кажется, имеет смысл начать с капитального ремонта консульств и физического разнесения русских и французских очередей - чтобы французы не слышали этих жалких, просительных, самоуничижительных интонаций, столь характерных для наших граждан перед лицом родной бюрократии.
Иногда к очереди подходил охранник и грозно требовал, чтобы народ отошел за красную линию. Народ покорно отступал, после чего опять начинал сбиваться поближе к окошкам в плотную толпу - чтобы не пускать желающих пробраться без очереди, благо таковых всегда и везде навалом.
Мои документы приняли быстро и без проблем, если не считать того, что заявление на обмен паспорта, которое я распечатала с их сайта, оказалось устаревшим - они уже сменили консула, на имя которого пишется заявление, а сам бланк поменять забыли. Пришлось его переписывать заново.
Да, самое главное! Я поняла очень важную вещь: надо во всем слушать мужа, муж всегда прав (как бы ни прискорбно это звучало для моего самолюбия). В этот раз он оказался прав, когда настоятельно рекомендовал мне сделать новые фотографии на паспорт. Потому что когда девушка, отвечающая за перенос бумаг из приемной в недра архива и обратно пришла с моим досье, в котором лежат все бумаги, когда бы то ни было оставленные мною, я с ужасом увидела, что те фотографии, которые я наивно считала почти свежими, были на моем позапрошлом загранпаспорте! Карточка от которого хранится в архиве! Вот хороша бы я была, если бы приперлась со снимками десятилетней почти давности! Мда. У Вина явно какое-то седьмое чувство, потому что шестым тут явно не обойдешься.
Переписав заявление и оплатив пошлину я вырвалась на свободу, бросив мельком последний взгляд на женщину в милицейской форме в телевизоре, вздрогнула и поскакала ловить такси, чтобы вернуться в отель и успеть немного погулять по Ла Дефансу, потому что во время моих предыдущих посещений Парижа сюда меня еще ни разу на заносило.
К этому времени дождь практически прекратился, стало почти тепло, только немножко серо, я поднялась на лифте на крышу большой арки (совершенно, на мой взгляд, идиотского сооружения, которое в плане функциональной нагрузки уступает даже Эйфелевой башне - на той хоть телеантену поставили), а в плане эстетическом выглядит как брошенный строителями бетонный блок. За поездку на лифте надо платить 9 евро, и я думала, что за эти деньги дадут панорамный вид - но нет, все, что вы имеете - это двадцать метров дорожки с видом на Елисейские поля, внутренний декор семидесятых годов, дохлый ресторан, похожий на аэродром, и выставку "История компьютеров".
Спустившись с крыши я еще немного пошаталась туда-сюда, пощелкала фотоаппаратом и пошла в отель - полежать в джаккузи и привести себя в божеский вид в преддверии главной цели поездки - похода в Лидо.
Муж решил максимально упростить процедуру, и вместо того, чтобы пойти питаться куда-то в другое место, взял полный пакет услуг - ужин с оркестром в семь и представление в девять. Мы прибыли на Елисейские поля где-то без четверти семь и немного прогулялись по округе. Меня восхитило количество сумок Луи Виттон из расчета на квадратный метр: такое ощущение, что на Елисейских полях это вроде униформы, и где-то у Триумфальной арки стоит пропускной пункт, на котором надо предъявитьь Виттоновскую сумку - иначе не пускают. Поскольку мы прибыли не пешком, а на машине, мне удалось контроля избежать, но со своей сумкой-кошельком неизвестной породы я смотрелось несколько вызывающе. У входа в Лидо уже стояло некоторое количество народу, но тут я могла вздохнуть с облегчением - второй очереди за день мне удалось избежать благодаря предусмотрительности Вина - он взял сервис VIP, который включает в себя персональную встречу и проход к посадочному месту без ожидания. Столик нам дали практически рядом со сценой, прямо по центру зала, и, самое главное, без соседей. Потому что, как оказалось, в Лидо народ рассаживают за длинными столами, стоящими перпендикулярно к сцене, таким образом, что вы рискуете оказаться буквально бок о бок с неизвестным вам человеком, как в какой-нибудь заводской столовой. Я мысленно похвалила мужа за предусмотрительность. Потом подумала немного и похвалила вслух. Мне это ничего не стоит, а человеку приятно!
Достаточно быстро появился метрдотель, принял заказ на аперитив и через пару секунд у столика нарисовался очень симпатичный молодой официант с двумя бокалами шампанского. К сожалению, ловкостью красавчик не отличался, и при виде его манипуляций с подносом я сжалась в комочек, моля бога, чтобы шампанское не оказалось вылитым на мое маленькое черное платье. Но в последний момент Вину удалось подхватить буквально в воздухе сползающий с подноса бокал, и я облегченно перевела дыхание. Затем наступил черед ужина. Надо сказать, что ужинать в Лидо не стоит. То есть, скажем так, китайскому туристу, желающему вкусить прелестей французской кухни во всем ее великолепии, начинать с Лидо нет никакого смысла. Можно разочароваться на всю жизнь, особенно если китайский турист ничего другого, более достойного, никогда не пробовал. Нет, даже не так. Правильнее было бы сказать, что еда в Лидо, конечно же не отравленная, есть ее вполне можно. Но! То, что они называют фуа-гра, повергло бы с состояние нервной депрессии хозяина соседней с нами мясной лавочки, где я обычно покупаю фуа-гра для домашних обедов. Потому что он делает его гораздо качественней. Далее. Мы с мужем большие любители непрожаренной говядины - так, чтобы вырезка была с кровью, но горячей. По-французски это называется "bleu". Что и дружно заказали. Повторив три раза на всякий случай. То, что нам принесли, удовлетворило бы вкус даже самого взыскательного англичанина, которые, как известно, славятся своей любовью к переваренному четыре раза подряд по два часа мясу. Шоколадное пирожное было шоколадным, да, но не более того. То есть все съедобно, но вот чтобы запало в душу - совсем нет. Дома мы едим в сто раз лучше (не говоря о том, что в десять раз дешевле, но в действительно хорошем ресторане на цену даже и смотреть не хочется, в то время как в Лидо при сравнении цены и качества возникает уверенность, что цена обусловлена скорее географическими факторами).
В любом случае с голоду мы не умерли, оркестр на сцене играл самбы и румбы, очень проникновенно пела негритянка, ужин закончился и началось шоу.
В отличие от ужина, представление было вне всяких похвал. Это действительно стоит посмотреть хотя бы один раз, даже тем, кто, как и я, не испытывает горячей любви к кабаре, эстраде, блесткам и перьям. Кордебалет просто потрясающий. Девушки без единого грамма целлюлита, красотки как на подбор. Отличные сиськи. Отличные декорации. Замечательная солистка. Мускулистые танцовщики. Очень хорошо поставленные акробатические номера. Нам очень понравилось. Если бы не пожилая пара за соседним столиком, страдающая глухотой и потому обсуждающая перипетии своей личной жизни так, как если бы они аукались в лесу, было бы совсем замечательно. Вин, как всегда, не удержался и высказал все, что он думает по поводу людей, орущих во время представления, за что получил неплохой скандал, когда дедуля начал кричать уже не в сторону своей дульсинеи, а в нашу. Я показала ему язык с ушами. Это помогло.
Когда шоу закончилось, муж потащил меня выпить стаканчик на посошок. Прямо напротив Лидо находится ресторан le Fouquet’s, где мы рассчитывали найти что-то приличное. Не тут-то было! Выбрав место на террасе мы начали изучать карту алкогольных напитков, которая оказалась по-спартански краткой и лаконичной. Два сорта пива, столько же виски, три расхожих коктейля... Мы опять перешли на другую сторону улицы и приземлились в кафе George V, где выбор был гораздо приличней, а народу, как на заказ - меньше.
В гостиницу вернулись уже заполночь. Всю ночь мне снились девушки в перьях и молодые люди с развитой мускулатурой. Наверное, это побочный эффект потребления шампанского в лошадиных дозах. Особенно если запивать его коктейлем B-52.
